ТРАНСФОРМАЦИЯ «ДЕТСКОГО МИРА» В ПЕРИОД ОККУПАЦИИ ЧАСТИ СЕВЕРО-ОСЕТИНСКОЙ АССР - Хубулова, Светлана Алексеевна (История, археология и этнография Кавказа, 2021)
Интерес к истории Великой Отечественной войны не только не угасает, но и постоянно активизируется, исследовательское поле расширяется, захватывая те проблемы, которые ранее были на периферии научного поиска. Такой «запретной» до недавнего времени являлась тема повседневной жизни населения в период немецко-фашистской оккупации. В данной статье предпринята попытка осветить проблему детского восприятия врага и проводимой им захватнической политики, а также детское поведение в условиях фашистской оккупации части территории СО АССР. Дети, как все взрослые, тяжело переживали тяготы военного времени, осложненного оккупационным режимом фашистской армии. Впервые в качестве источников привлечены материалы Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и причиненного ими ущерба на территории Северо-Осетинской АССР, в которых зафиксированы свидетельства детей. В качестве опорных выбраны материалы по населенным пунктам Алагир, Моздок, Дигора и Ардон, а также селам, наиболее пострадавшим в период оккупации. В качестве еще одного вида эго-документов проанализированы воспоминания-интервью, взятые в 2000-е гг. В работе были использованы проблемно-хронологический (полученный материал анализировался по выделенным проблемам), антропологически ориентированный (дал возможность учитывать возрастные, психологические, статусные особенности детей), сравнительно-исторический (осуществлялось сравнение выявленных в воспоминаниях проблем и сравнение их по разным районам), системно-структурный (выделялись основные проблемы в детском восприятии военной реальности) методы и средства контент-анализа, микроистории (позволяют рассматривать повседневные практики ребенка) и интервьюирования. Благодаря использованию этого инструментария появилась возможность реконструировать мир детства военной поры. Анализ показал степень информативности, достоверности выявленных эго-документов. Было установлено, что свидетельства, взятые в 1943-1944 гг., отличаются большей объективностью, нежели воспоминания, записанные спустя много лет. В последнем случае отмечается большая эмоциональность, но и воспоминания носят отрывочный характер, в основном в интервью рассказывали о бытовых тяготах, проблемах, и лишь в отдельных случаях – о наиболее ярких воспоминаниях. Степень их репрезентативности уступает свидетельствам «по горячим следам». Однако все документы, связанные с детским восприятием оккупации, позволяют дополнить историю войны в региональном масштабе. Свидетельства «негероического» маленького человека, чей «детский мир» был разрушен и травмирован, имеют большое значение для восполнения научных лакун истории Великой Отечественной войны.